Страницы меню навигации

Большие и Малые Вязёмы (Московская область)

Усадьба Вязёмы, Звонница, конец XVI века

История этих двух расположенных рядом селений уходит своими корнями в далекую старину. В XVI веке здесь, на большой Можайской дороге, располагалась ямская станция, так называемый «ям на Вяземе». Это обстоятельство делает необходимым рассказать, что представляла собой ямская служба.

Одной из древнейших повинностей населения являлся «повоз», состоявший в обязанности местных жителей давать лошадей под княжеских гонцов и слуг и поставлять им корм. Служба эта была источником постоянных забот и беспокойств для крестьян, а нередко и сущим разорением. О «повозе» говорят уже летописи. В одной из них под 1209 годом сообщается, что новгородцы, собрав вече, разграбили двор посадника, обвинявшегося, между прочим, в злоупотреблении «повозом» — тем, что он заставлял купцов перевозить без оплаты необходимые для него припасы. Слово «ям» — восточного происхождения и обозначало места, где путники меняли лошадей и могли получить ночлег. Наибольшее распространение эта система получила в Золотой Орде. По крупным дорогам на известном расстоянии друг от друга устраивались «ямы», для организации которых местные жители обязывались содержать потребное число лошадей. Люди, имевшие право пользоваться этой системой, снабжались особой дощечкой с вырезанным на ней именем великого хана. Благодаря стройной организации этой службы достигалась быстрота передвижения.

План усадьбы Вязёмы

Завоевав Русь, татары вводят тут эту систему. Первоначально «ямом» обозначался шедший на ее содержание налог. Иногда это был денежный сбор, в ряде случаев — натуральная повинность. Так, в грамоте рубежа XIV-XV веках великого князя Василия I митрополиту Киприану читаем: «А ям по старине шестый день, а коли мои села, князя великого, дадут, тогда и митрополичьи дадут», т.е. существовала разверстка дачи лошадей на ям по очереди каждый шестой день. Ямские дворы того времени состояли из нескольких изб и конюшен, огороженных общим забором. Окрестное население, кроме выделения лошадей и проводников, обязано было расчищать дороги, строить и чинить мосты. На ямах велись особые «загонные» книги, где подробно записывали каждый ямской отпуск. Право пользоваться ямскими подводами определялось особыми документами, получившими название «подорожных», древнейшие сведения о которых дошли от второй половины XV в.

Усадьба Вязёмы, Дворец и флигели, 1770-1780 г.г.

За свою службу крестьяне получали оплату. По данным XVI века известен размер прогонов — три деньги за 10 верст, а проводнику — полторы деньги за 30 верст. Но в действительности это правило часто нарушалось, особенно когда проходили княжеские «ратные люди». Хорошо еще было, когда они шли большими дружинами, под началом воевод, поддерживавших дисциплину, но в большинстве случаев ратники сходились к местам сборов мелкими партиями или даже в одиночку и таким же порядком расходились по домам после похода.

Спасо-Преображенская церковь XVI века и ограда вокруг храмового комплекса XVIII век

Население постоянно жаловалось, что «ратные люди» расхищали запасы дворов на зиму, травили хлеб и покосы, брали корм себе и лошадям не «ценою», а «сильно». Неудивительно, что влиятельные лица старались избежать этих трудностей и добивались получения жалованных грамот, освобождавших их владения от подобных повинностей. В одной из таких грамот, датированной 5 июня 1526 года, и содержится первое упоминание о Вяземах: «От великого князя Василья Ивановича всеа Руси на Веземской ям ямщиком Ивашку Меленкину с товарищами. Велел есмь на Веземском яму с сох с подводами стояти с своих, великого князя, сел, что за поместщики, и с митрополичих, и з боярских, и с монастырских, и всем без омены, чей хто ни буди. И вы бы с тех с всех сох велели с подводами на яму стояти по первой моей грамоте опричь митрополичих сел и деревень. А с митрополичих бы есте сел з Голенищова да с Селятина и з деревень подвод и проводников не имали по сей моей грамоте. Писана на Москве лета 7034 июня в 5 день». В XVI в. Вяземы были предпоследней станцией перед Москвой (следующая находилась в Дорогомилове) и неоднократно упоминаются в деловой переписке того времени, посвященной приезду иноземных послов.

В конце XVI века Вяземы становятся вотчинным селом боярина Бориса Годунова. В это время они были вполне обустроены, и с конца XVI века можно без сомнения называть их селом – «да при царе же Федоре Ивановиче всеа Русии, а по челобитью боярина Бориса Федоровича Годунова зделан храм камен о пяти верхах и плотина камена у пруда», — сообщает Пискаревский летописец. Тогда же была построена и звонница псковского типа, нехарактерная для этих мест по своей архитектуре. Эти постройки сохранились и по сей день являясь украшением Вязем. Был при Годунове в селе и боярский дом, на строительство которого было вырублено две рощи — осиновая и еловая, как свидетельствуют приправочные книги 1621 года. Где стоял дом — неизвестно. К сожалению, топография Вязем в первый период их существования не изучена. Кроме каменной церкви Живоначальной Троицы, в Вяземах при Годунове были еще церковь Николая Чудотворца и монастырь Иоанна Богослова. Государев двор был обнесен рвом, остатки которого сохранились по сей день. На Вяземке имелась мельница. Был здесь и Торжок, упоминаемый и в последующие годы. После смерти Бориса Годунова хозяином Вязем, видимо, стал Лжедмитрий I. О Вяземах начала XVII века сохранились записки иностранцев. Для нового царя годуновская вотчина служила местом увеселений и охоты. Он устраивал здесь «потешные бои», об одном из которых рассказывают Конрад Буссов и Петрей де Эрлезунда. Русским боярам надлежало защищать ледяную крепость, а немецкая гвардия и польская конница во главе с Лжедмитрием должны были брать ее приступом. Вместо снарядов предлагалось использовать снежные комья. Нападавшая сторона, бросая в защитников крепости не только снежки, но и камни, быстро прорвала оборону. Недовольство русских бояр заставило царя-самозванца прекратить подобные увеселения. В мае 1606 года здесь останавливалась на несколько дней направлявшаяся в Москву Марина Мнишек. Сразу после ее отъезда в Вяземах случился пожар, обративший в пепел 30 дворов. В 1611 году Вяземы стали местом переговоров русских с Яном Сапегой. А спустя семь лет здесь вновь появились «литовские люди» — это были войска королевича Владислава.

Последним событием, имевшим место в Вяземах и связанным с польско-литовской интервенцией, была встреча возвращавшегося из плена митрополита Филарета — отца государя Михаила Федоровича. Его встретили архиепископ Макарий и бояре у Вязем. После встречи Филарет повернул на Звенигород, чтобы поклониться Савве Сторожевскому, и лишь из Звенигорода двинулся к Москве. Писцовые книги 1631-1633 годах фиксируют трагические последствия тяжелых для страны лет. Мы узнаем, что в Вяземах осталось место церковное Николая Чудотворца, место церковное Иоанна Богослова, где был монастырь, место двора царя Бориса, место конюшенного двора, место садовое. В селе значилось 40 крестьянских и 16 бобыльских дворов.

После интервенции Вяземы стали дворцовым селом. Крупного строительства здесь не велось. Известно, что в 1646 году «в селе Никольском (одно из названий села по церкви Николая Чудотворца ) на Вяземе церковь Живоначальной Троицы, да в приделе церковь Николы Чудотворца, а иные приделы стоят пусты без пения». Тогда в Вяземах было 66 дворов. Спустя четверть века в Вяземах значится каменная церковь Живоначальной Троицы с приделами Благовещения Пресвятой Богородицы и Архистратига Михаила (приделы не освящены), церковное место Николая Чудотворца и место монастырское Иоанна Богослова, место дворцовое царя Бориса, а также Торжок, гумно, кружечный и воловенный дворы, пруд, плотина, «а в пруде рыба: щуки, лини, окуни, плотица, караси». В 74 дворах проживало свыше 200 душ мужского пола. Сохранились известия о посещении Вязем царем Алексеем Михайловичем. В храме долгое время хранилось Евангелие с вкладной надписью царя.

В самом конце XVII века Вяземы поменяли хозяина. Именным указом царей Ивана и Петра Алексеевичей от 25 марта 1694 года село было пожаловано из Приказа Большого Дворца в вотчинное владение князю Борису Алексеевичу Голицыну, воспитателю Петра I. О Вяземах времени Бориса Алексеевича имеются краткие сведения, позволяющие представить себе в целом жизнь села. К западу от годуновской церкви был поставлен княжеский дом, появились служебные и хозяйственные постройки. Они были, по-видимому, каменные, ведь в числе 35 дворовых людей имелись и каменщики. Что касается церкви, то ее переосвятили, и в документах 1702 году она уже названа Преображенской. Храм был поновлен, сделан новый иконостас, а центральная глава была украшена резной белокаменной короной в барочном стиле (кстати, в основной подмосковной князя Бориса Алексеевича — Дубровицах — церковь Знамения тоже украшает барочная корона). Интересно, что переосвящение церкви не повлияло на тематику росписей в храме, и они по-прежнему были посвящены Троице. В 1698-1699 годах в Московии гостило австрийское посольство, член которого Иоанн Корб вел дневник путешествия. Дважды на пути в Москву и обратно посольство останавливалось в имении князя Голицына, Если верить местным преданиям, то бывал здесь у своего воспитателя и Петр I.

Борис Алексеевич в 1700 году произвел выделение имений сыновьям и предназначил Вяземы своему второму сыну Василию. Но тот 2 августа 1710 года трагически погиб вместе с женой во время обеда у князя Я.И.Кольцова-Масальского, задавленный обрушившимся потолком. После смерти Бориса Алексеевича в 1714 году Вяземы достаются его внуку Михаилу Васильевичу. Каких-либо сведений о его жизни в Вяземах не известно, но, можно с уверенностью сказать, что при Михаиле Васильевиче Вяземы были обитаемы, т.к. в церкви был похоронен его сын Никита, умерший младенцем. Могила эта до наших дней не сохранилась, и сейчас ее место никак не обозначено и нам неизвестно.

Михаил Васильевич, дослужившийся до камергера, умер в январе 1748 года, и следующей владелицей Вязем стала его вдова Евдокия Михайловна, урожденная княжна Щербатова, сестра известного историка М.М.Щербатова. За несколько лет до своей смерти, последовавшей в 1768 году, она произвела раздел земель между детьми. Вяземы достались трем братьям — Николаю, Александру и Михаилу. Вскоре, а именно в 1766 году, они произвели «полюбовный раздел» и единоличным владельцем стал Николай Михайлович. Документов о нем сохранилось немного; неизвестно даже, когда и где он умер и захоронен. Скудны сведения и о его службе. Мы знаем лишь, что закончил он военную службу в чине бригадира, в 1785 — 1788 годах был уездным звенигородским предводителем дворянства, а выйдя в отставку, обустроился в Вяземах. В «Экономических примечаниях» 1766-1771 годах владение его описано так: «Село по обе стороны Можайской большой дороги и речки Вяземки, церковь каменная о двух этажах, вверху Преображения Господня, внизу — Николая Чудотворца, господский дом деревянный, при нем два сада регулярные с плодовитыми деревьями, фабрика суконная деревянная, конский завод, две мельницы мучные, у одной плотина каменная о трех поставах, другая об одном поставе, в селе 30 дворов». По данным конца XVIII в. в Больших Вяземах считалось 29 дворов и 312 жителей, в Малых Вяземах зафиксировано 32 двора и 364 жителя. Крестьяне находились на оброке, а некоторые занимались столярным и тележным промыслом и извозом в Москве.

Из владельцев Вязем Николай Михайлович был одним из самых заботливых. При нем в 1770-1780-х годах в усадьбе велось широкое строительство и появились, отмеченные описанием 1800 года, каменный дом в стиле французского классицизма и два флигеля, сохранившиеся поныне. Николай Михайлович детей не имел и в письмом на имя Александра I просил передать имение его двоюродному племяннику князю Борису Владимировичу Голицыну, который часто навещал дядю и проявлял интерес к этому хозяйству. Борис Владимирович был сыном бригадира Владимира Борисовича и Натальи Петровны, урожденной графини Чернышевой, женщины умной, властной и дипломатичной. В свете она имела прозвище la princesse Moustache (княгиня «Усы») и умерла почти в столетнем возрасте в декабре 1837 года. В историю русской литературы она вошла как прототип старой графини в пушкинской «Пиковой даме». Карьера Бориса Владимировича складывалась довольно успешно, но в 1806 г. он оставляет военную службу и решает заняться своим «перевоспитанием». Он изучает русскую словесность под руководством А.Ф.Мерзлякова и отечественную историю у К.Ф.Калайдовича, устраивает обширную библиотеку, состоящую из двух разделов — иностранного и русского. С началом Отечественной войны 1812 года он возвращается на военную службу. В сражении при Бородине он ранен и контужен. В конце 1812 года из Владимира, где он находился на излечении, Борис Владимирович решает догнать армию, чтобы принять участие хотя бы в заключительном этапе войны, но добраться смог только до Вильно, где и скончался 6 января 1813 года Согласно его воле, он был похоронен в вяземской церкви в приделе святых князей Бориса и Глеба. Надгробие с могилы князя в советское время было вывезено и сейчас находится в Донском монастыре.

События войны 1812 года не обошли стороной Вяземы. Части русской армии, отступая после Бородина, подошли к Вяземам 30 августа (11 сентября), и на ночь здесь расположилась ставка М.И.Кутузова. На следующий день сюда вступили французы. По преданию, и Кутузов, и Наполеон ночевали в главном усадебном доме на одном и том же диване с разницей всего в один день. После Отечественной войны имение досталось брату Бориса — Дмитрию Владимировичу Голицыну, будущему генерал-губернатору Москвы. После его смерти в марте 1844 г. Вяземы переходят к его сыну Борису. По данным 1852 года в Никольском, Вяземах тож, значилось 42 двора и 470 жителей. В Малых Вяземах состояло 34 двора и 395 крестьян.

Последним владельцем Вязем был внук Дмитрия Владимировича — Дмитрий Борисович. Он часто бывал в Вяземах в летнее время, а зимой постоянно был в курсе всех происходящих в имении событий благодаря письмам своего управляющего Карла Ивановича Лепиня, латыша по происхождению. В годы его владения в усадьбе построили новую колокольню, так как старая звонница накренилась и не могла использоваться по назначению. Церковное здание было отремонтировано в начале XX в. Тогда же была проведена реставрация икон из иконостаса. Строятся в это время новые постройки: скотный двор, барсучник, оранжерея, хозяйственные помещения. В 1908 году Д.Б.Голицын решает устроить на своих землях дачный поселок, под который выделяет часть земли, «отрезанную» в 1870-х годах железной дорогой. Территорию поселка прорезали 13 проспектов, проездов и шоссе с уличным освещением. Названия их либо указывали направление (Петровское шоссе — к селу Петровскому), либо соответствовали именам членов семьи князя (Голицынский, Дмитриевский, Екатерининский, Малый Екатерининский, Борисовский, Владимирский проспекты). Во время первой мировой войны в имении был устроен лазарет на 50 кроватей.

На протяжении всего XIX века Вяземы были славны своими коллекциями. Здесь хранился фамильный архив Голицыных, включавший в себя документы не только владельцев имения, но и представителей других фамилий, связанных с ними родственными узами (Чернышевы, Ушаковы, Стрешневы). Общий объем документального собрания в конце XIX века составлял около 19400 листов. Внушительной была и библиотека. Здесь имелись книги по всем отраслям знаний на русском и основных европейских языках. Нельзя не сказать и о художественном собрании. Его основу составляли портреты и миниатюры Голицыных и их родственников. Некоторые из картин экспонировались на выставке исторических портретов в Таврическом дворце в 1905 году.

Вяземские крестьяне издавна занимались плетением корзин. Но шло время, из промысла уходили мастера, а новые из-за отсутствия школы, не достигали прежних высот. Промысел помогла возродить Татьяна Васильевна Голицына. Путешествуя по Германии и Швейцарии, она обратила внимание на искусное плетение корзин местными жителями. Оттуда в качестве инструктора был приглашен хороший мастер-плетельщик и промысел возродился. Чтобы он снова не угас, в 1882 году рядом с железнодорожной станцией была устроена школа и мастерская, где обучали кустарей.. Развитию промысла активно способствовало Московское губернское земство и будущий попечитель Кустарного музея, известный меценат Сергей Тимофеевич Морозов. На средства последнего в 1897 году в Германию был командирован один из лучших жителей Вязем Антон Николаевич Березовский. Он возвратился из-за границы с кипой чертежей изделий, и в 1899 году в Больших Вяземах была создана одна из первых кустарно-кооперативных организаций в России — Вяземское складочно-потребительское общество. Оно не только объединяло кустарей, но и обеспечивало их сырьем и занималось сбытом готовой продукции. Общество имело свои прейскуранты, где было представлено около 1300 видов плетеных изделий: разнообразная мебель, дорожные принадлежности, игрушки, предметы дамского туалета, всевозможный «мелкий товар» — корзинки, хлебницы, сухарницы, тарелочки разной формы и назначения. Кроме традиционных местных материалов: ивового прута, лыка, бересты, соломки, сосновой дранки, рогоза, — мастера использовали привозные: педдиг (обработанная сердцевина камыша), рафию (луб игольчатой пальмы), луф (растительная губка из Греции), листья кокосовой и мавританской пальмы, наружную оболочку кокоса, бамбук.

Членом общества мог быть только один член семьи. В 1912 году в нем состояло 369 человек, а всего промыслом занималось свыше тысячи человек. Вяземские плетеные изделия отличались прочностью, качеством при высоких художественных характеристиках. В 1908 году на Рязанской выставке Общества сельского хозяйства вяземские изделия были удостоены Большой серебряной медали, в 1912 году на Всероссийской кустарной выставке в Петербурге — Большой золотой медали, а в 1911 году получили высокую оценку на Лейпцигской ярмарке. Но первая мировая война, затем гражданская, нанесли серьезный удар по промыслу, разрушив налаженные связи по получению сырья и сбыта продукции. Промысел все же сохранился. В 1922 году после реорганизации в Вяземах появилась артель «Вязкустпром», выпускавшая в основном плетеную мебель. В 1933 году бригадой лучших плетельщиков были выполнены амортизаторы для первых советских стратостатов. Накануне 1941 года цех плетения был переведен в соседнюю деревню Кобяково, где на местной фабрике, но уже без претензии на художественность, продолжали плести несколько видов корзин. Так была закрыта страница в истории этого промысла.

Говоря о деятельности Общества, нельзя не затронуть темы народного театра, возникшего из его недр. Он был организован в 1909 году и являлся одним из первых крестьянских театров в России. Инициаторами его создания были студенты Московского университета Николай Владимирович Скородумов, Владимир Владимирович Готовцев и житель Вязем В.А. Дицкой. Организаторам удалось собрать труппу из крестьян и сельской интеллигенции, подготовить устав и после целого ряда ходатайств зарегистрировать его. Своего помещения у театра не было и спектакли проходили в конторе складочно-потребительского общества или в хорошую погоду на улице.

В газетах того времени он назывался по-разному: Голицынский музыкально-драматический кружок, Крестьянский театр в Больших Вяземах, Народный театр в Вяземах. В состав труппы входило немало крестьян из Больших Вязем и соседней деревни Шараповки: М. Шанин, А.Чуркина, М. Кулакова, Т. Королева, М. Коновалова, А. Новикова, И. Карташев, С. Никольский, Н. Соколов, М. Шишкин, Н. Соловьев и др. Примечательно, что в составе труппы было много крестьянок. В первые годы своего существования в его репертуар вошли популярные среди крестьян пьесы «Не все коту масленица» А.Н. Островского, «Порченый» С. Семенова, «В низинах»                          А. Клепикова, «Русалка» А.С. Пушкина. Крестьянский театр в Вяземах считался одним из наиболее выдающихся сельских театров того времени. Сюда чаще всего приезжали студенты Московского университета, которые были объединены в «Студенческий кружок для изучения вопросов сельского народного театра», а в будущем в «Отдел содействия устройству фабричных и деревенских театров» при Московском отделении Императорского Русского технического общества, координировавший деятельность крестьянских театров. Основной их задачей было «приблизить сцену к трудовому народу, освободить театр от унизительной роли места отдыха и забавы образованного общества». Кстати говоря, за свою просветительскую деятельность один из организаторов театра В.В. Готовцев, будущий народный артист РСФСР, попал под надзор полиции.

О спектаклях Вяземского театра с восторгом писали московские газеты «Школа и жизнь», «Итоги недели», «Столичная молва», «Живое слово», «Копейка» и другие.

Деятельностью Вяземского театра интересовались многие деятели искусства и литературы. Горячее участие в нем принял художник В.Д. Поленов, лично написавший декорации к спектаклю «Купец Калашников». Он много сделал и по разработке теоретических вопросов, связанных с народным театром, оказал большую помощь Н.В. Скородумову в составлении и издании его книги «Новый метод упрощенных постановок для сельского театра». Весной 1910 года сюда приезжал известный актер Павел Николаевич Орленев. В своих «Записках актера» он много места отвел описанию гастролей и самого крестьянского театра.

Вяземские крестьяне не замыкались в стенах своего театра. Была организована экскурсия в Московский художественный театр, где экскурсоводом у них был В.И.Немирович-Данченко. 16 сентября 1909 года Большие Вяземы посетил по приглашению крестьян Лев Толстой, где осмотрел складочно-потребительское общество и посетил театр. Толстой и в дальнейшем интересовался им. Его секретарь и друг В.Г. Чертков часто посещал театр в Вяземах, а позднее устроил подобный в своем имении в Тульской губернии. В 1913 году под Москвой уже действовало 11 подобных театров.

Из 29 членов при основании Вяземского театра он вырос до 260 актеров перед первой мировой войной, причем 40 процентов из них были крестьянами. Годовой расход театра вырос до 1200 руб. Он существовал не столько от продажи билетов и членских взносов, сколько на средства Вяземского складочно-потребительского общества, оказывавшего ему немалую поддержку. Только за первые три года существования с 1909 по 1912 годы театр поставил 55 спектаклей (38 платных и 17 бесплатных), 12 литературно-драматических вечеров и 4 лекции. За это время его посетило до 12 тысяч человек. В дальнейшем большую роль в организации спектаклей сыграл крестьянский писатель Сергей Терентьевич Семенов, давний друг Л.Н. Толстого, являвшийся фактически сценаристом и режиссером. Пьесы, написанные им, были очень близки крестьянам. Особенно активно работал театр под его руководством в первые годы советской власти вплоть до его гибели в декабре 1922 года.  Последние сведения о театре относятся к 1928 году.

Эхо Октябрьской революции докатилось и до Вязем. В январе 1918 году имение было передано в ведение Перхушковского волостного Совета депутатов. Осенью того же года из Вязем в Национальный музейный фонд было вывезено 39 предметов, а именно; 16 портретов, 1 картина, 19 миниатюр, бронзовые часы и 2 канделябра. Позже, в мае 1919 года туда отправили 21 фарфоровый предмет и гравюру е изображением родословного древа князей Голицыных. Какая-то часть собрания пополнила Музей имени Н. Троцкои в усадьбе «Введенское», в том числе бюст князя Д.В. Голицына, генерал-губернатора Москвы. Найденные позже фамильные драгоценности передали в Оружейную палату.

Книги в количестве 15 тысяч томов вывезли в мае 1919 году в Государственный книжный фонд, а уже оттуда рассредоточили по крупным библиотекам: Исторического музея, Публичной библиотеке им. Ленина, Социалис¬тической академии, I, II, III университетов. Архив, находившийся в Вяземах, поступил в Румянцевский музей. В Вяземах организовали совхоз, а в усадебном доме разместился Дом для беспризорников. После ликвидации дома для беспризорников в усадьбе разместился санаторий им. Фореля для старых большевиков, переименованный затем в дом отдыха. По переписи 1926 года в Больших Вяземах считалось 223 хозяйства и 1098 жителей. Отмечены сельсовет, кредитное товарищество и школа первой ступени, основанная еще Голицыными в XIX веке.  В Малых Вяземах были 161 хозяйство и 828 жителей, сельсовет, начальная школа.

В 1929 году началась коллективизация. А в 1935 году на поле близ Малых Вязем был организован аэродром для учебных занятий. До войны здесь было подготовлено около 300 летчиков и 700 парашютистов. В усадьбе вместо дома отдыха разместилась парашютная школа, а в 1940 году танковое училище. В 1941 году фронт подошел к Вяземам и они оказались в ближайшем тылу советских войск. В усадьбе был открыт фронтовой эвакогоспиталь, куда поступали тяжелораненые, которым была противопоказана дальнейшая транспортировка. Многих не удавалось довести живыми, и их, вместе с умершими в госпитале, хоронили на берегу пруда. Позднее поток раненых увеличился и в здании школы был открыт армейский эвакогоспиталь. Возить умерших было некому и их хоронили возле школы. Позднее, в 1952 году, сюда перенесли останки воинов с берега пруда и открыли памятник. Хотя фашисты и не дошли до Вязем, появившись только на южной окраине Голицына, бомбежки нанесли серьезный урон селу. К тому же, в довершение всех бед, летом 1942 года от случайной искры паровоза выгорела половина крестьянских подворий.

В 1943 году эвакогоспитали в Вяземах были закрыты, а в усадьбе разместили учебный институт коневодства, позже переименованный в зоотехнический. Институт курировал С.М.Буденный, неоднократно бывавший здесь. В 1952 году он закладывал первый камень в фундамент нового здания института, проект которого был разработан в мастерской академика Жолтовского. В 1954 году зоотехнический институт был переведен в Ижевск, а это место место занял Московский полиграфический институт, существовавший здесь до 1958 года. Позднее его сменил НИИ фитопатологии.

В 1948 году было принято решение о восстановлении памятников истории и культуры. Оно выполнялось со скрипом, хотя Вяземы были внесены в список памятников союзного значения. Здесь бывал А.С. Пушкин (у вяземской церкви сохранилась могила его брата Николая, умершего в 1807 г.). В гостях у профессора Московского университета С.П. Шевырева, женатого на одной из Голицыных, тут бывал в 1849 году  Н.В. Гоголь, читавший ему главы из второго тома «Мертвых душ». Отмечена эта земля пребыванием путешественника Н. Пржевальского, поэта               В. Брюсова, художника К. Шестакова, А.В. Луначарского, Назыма Хикмета. 28 апреля 1987 года Советом Министров РСФСР было принято постановление о создании на базе усадеб в Вяземах и Захарове Историко-литературного музея-заповедника         А.С. Пушкина, на основании которого решением Мособлисполкома от 18 июня 1987 года музей был организован. Согласно переписи 1989 года в Больших Вяземах значилось 1143 хозяйства и 5005 постоянных жителей, в Малых Вяземах на 222 хозяйства приходилось 475 человек. В поселке Ямщина, возникшем на месте прежней ямской слободы, имелось 24 хозяйства и 59 жителей. Близ Малых Вязем возник на месте прежней деревни Борисовки, существовавшей в XVIII-XIX веках, поселок Городок-17, насчитывающий 1314 хозяйств и 3635 жителей.

Литература: Холмогоровы В. и Г. Исторические материалы… М., 1886. Вып. З. С.195-200; Шереметев П. Вяземы. Пг., 1916; Соловьев СЕ. Вяземское складочно-потребительское общество. Исторический очерк 25-летия трудовой деятельности. М., 1924; Сергеенко А. О народном театре/Октябрь. 1982. N.10. С.195-199; Шлихтер Б.А., Майкова К.А. Архив имения Вяземы//Записки Отдела рукописей ГБЛ. М., 1955. Вып.17. С.73-50; Новиков В. И. Большие Вяземы. М., 1988.

Е.А.Фомичева, А.И.Виноградов

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Яндекс.Метрика Индекс цитирования